Пан Пилсудский горделиво
прямо в Кремль вчера спешил.
Что не ржешь, мой конь ретивый,
что ты шею опустил?
Не хотел переговоров,
грит: «В Борисов поезжай».
У осла бывает норов,
хоть прикладом вышибай.
Всё ж Чичерин, добрый батя,
вновь мириться захотел,
грит: «Теперь поедем, тятя,
чай, ты малость поумнел?»
Раскричался шляхтич гордый:
«Нет! А хошь — езжай до Минска.
Хоть мы и с побитой мордой,
сила наша исполинска!»
Испужалися мы снова,
ан, гляди, и Минск уж наш!
Что ж ты, пан, не держишь слова?
Аль в Варшаву приглашашь?!
Тут Дзержинский наш с улыбкой:
«Что ж, — должно, поедем шибко.
Хошь добром, не то нагайкой,
пан Пилсудский, в Чрезвычайку!»