По дорогам, от мороза звонким,
С царственным серебряным ребенком
Прохожу. Всё — снег, всё — смерть, всё — сон.

На кустах серебряные стрелы.
Было у меня когда-то тело,
Было имя, — но не все ли — дым?

Голос был, горячий и глубокий…
Говорят, что тот голубоокий,
Горностаевый ребенок — мой.

И никто не видит по дороге,
Что давным-давно уж я во гробе
Досмотрела свой огромный сон.